September 8th, 2013

  • xommep

О причастности - про деревенскую и городскую жизнь

Очередная статья-размышление, над которой я думал почти всю поездку в Тольятти-Уфу. В некотором плане это будет продолжение цикла про уважение. Речь сегодня пойдёт про особенности деревенского и городского образа мышления. Не сказать, чтобы я был великий спец по деревне, но...

Collapse )

>>> От непричастности - к измене >>>

Как защитить демократию

Оригинал взят у bantaputu в Как защитить демократию
Сделать это нет так уж и сложно. В некотором смысле даже полезно и приятно. А можно сказать, что в первую очередь полезно и приятно, а уже потом демократия.

Рассказываю. Букаф не так уж и много; бывает хуже.
Collapse )



Таки мысль

Оригинал взят у bantaputu в Таки мысль
Обществу, чтобы развиваться, необходимо осознать себя. В осознавшем себя обществе могут появиться новые идеи; в неосознавшем - только новые потребности.

Раньше с осознанием обществом себя было попроще. Сейчас как-то не очень. Обычно причина этого явления видится в атомизации массового общества. А я вот думаю, что дело несколько в ином. Точнее, распад традиционной структуры общества, действительно, причина кризиса самоосознания. Но что есть причина распада? И распад ли это?

Для самоосознания общество должно иметь какую-то более или менее цельную структуру, иначе нечего осознавать. Но что, если общество перестаёт быть структурой - вещью в себе, и становится подразделением иной структуры?

Все мы знаем байку о "постиндустриальном" обществе, якобы не нуждающемся в промышленности, а на деле всего лишь деиндустриализированном в пользу других обществ. Может ли такое общество придти к самоосознанию? Полагаю, что рассматривая лишь себя - нет. Только как элемент организма, симбиотизированного с иными обществами. Соответственно, именно межгосударственный симбиоз и следует рассматривать как общество.

Но воспитанное национальной философией сознание не готово к такому осознанию. Поэтому социальные науки отстают от экономики. Поэтому общество не готово к социальному прогрессу.

К России это относится в полной мере. Общество, паразитирующее на экономике, основанной на природной ренте, по определению не способно иметь полноценную социальную структуру. Соответственно, оно не способно осознать себя как таковое и осуществлять социальный прогресс. Примерно, как отдельный орган не может расти без организма.

А организм в целом - он-то может ли развиваться? Если осознает себя, то да. А пока он лишь слепо идёт на поводу у экономики. У экономики-то нет проблем с социальной целостностью общества. Она может действовать в любых условиях.

Направление для самоосознания глобализированного общества? Попробуем отыскать. Возьмём утрированную ситуацию. Государство А. перевело всё своё производство в государство К. Но прибыли идут в государство А. Что мы видим? Мы видим совпадение национальных и классовых границ. Государство К. - страна пролетариата, государство А. - страна капиталистов и рантье. В этой ситуации национальные интересы становятся интересами классовыми, и наоборот.

Если международное разделение труда достигает такого уровня, что осуществляется уже не по отраслям и технологиям, а по классам, то, с одной стороны, это уже и не совсем международное разделение труда. С другой стороны это явно наводит на мысль о необходимости придания национальному сознанию классовых черт. (А классовому - национальных, да, да). Страна должна осознать свой внутренний конфликт, как внутриклассовый, а самое себя - как класс.

Как класс паразитов, присосавшихся к "трубе", например.

Навеяно.



Таки мысль - резюме

Оригинал взят у bantaputu в Таки мысль - резюме
Резюме к позапрошлому посту применительно к российским условиям, то есть локальное.

Допустим, нашей целью является социальный прогресс. (А что ещё?)
В России нет цельного общества, обладающего всеми "органами". Буржуазия, к примеру, есть, а пролетариат, как следствие деиндустриализации, рудиментарен и маргинализирован.
Следовательно, социальный прогресс в России не может строиться по стандартным лекалам полноценного общества. Увы пролетариату, социальный прогресс в современной России может быть только прогрессом внутри класса буржуазии. Поэтому хочет пролетариат этого или не хочет, ему придётся выбрать в среде буржуазии союзника и помогать ему. Свои собственные цели придётся ставить в том объёме, в котором они сопутствуют достижению целей выбранного союзника из среды буржуазии.
Подобрать такого союзника несложно. Это национальная (не ориентированная на международные бизнес-структуры) буржуазия, заинтересованная в сохранении и развитии производства. Противник - все разновидности буржуазных "ликвидаторов".
Социальная ориентированность буржуазии - союзника пролетариата описана ещё Адамом Смитом и воплощена Генри Фордом. Это снижение цен при росте производительности, объёмов производства и заработных плат. Ничего особенно ужасного для пролетариата в такой программе нет. Пожалуй, это лучшая программа для пролетариата, которую может предложить буржуазия. Кстати, в конечном итоге её реализация способна привести к восстановлению нормальной социальной структуры общества - с соответствующими последствиями для идеи социального прогресса. Чтобы пролетариат мог начать бороться за себя, его сначала необходимо возродить. Поскольку в современной России продуктивная политическая борьба может происходить лишь внутри класса буржуазии, именно её пролетариату следует избрать инструментом социального прогресса. На какое время? В принципе, речь может идти о двух-трёх десятилетиях. Это при хорошем ходе событий.

В чём именно пролетариату следует поддерживать национальную буржуазию? А что там ей нужно? Правовой порядок, устранение властного произвола - хорошо, принято. Изменение структуры экспорта, экспорт энергии не в виде энергоносителей, а в виде готовых изделий - сойдёт. Конкурентные политические процедуры - годно. Создание замкнутого рынка труда, без чего невозможен рост производительности - принимаю. Я бы ещё предложил некоторый передел прихватизированной ранее государственной собственности, но это вопрос деликатный; его не следует раскрывать раньше времени. В целом, как мы видим, программа была бы довольно хороша и для советского социализма. В Перестройку бы так...



НАШ СОБЕС И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ИДЕЯ

Оригинал взят у domestic_lynx в НАШ СОБЕС И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ИДЕЯ
Сегодня либерализм крайне немоден, да что не моден – вызывающе неприличен. Притом настолько, что его уже и пинать не удостаивают. Согласно новейшим воззрениям, в теперешнем нашем неустройстве виноват либерализм – как четверть века назад был виноват социализм, а сто лет назад – царское самодержавие. И самое интересное – в самом деле, виноват. Не либерализм, а вернее сказать нео-либерализм, воплощённый в учении Вашингтонского консенсуса. «Либерализм» вообще крайне неудобное слово. Чересчур общее, а потому неясное. Слишком много на него налипло всякого-разного; хочется отлепить.

То, что пришло к нам под именем либеральной экономики, - имеет мало общего с либеральной идеей. Это, в сущности, учение о предпродажной подготовке стран. С его помощью хозяева жизни превращают развивающиеся страны в вечно отсталые сырьевые придатки, не несущие угрозы развиться и превратиться из вассалов в конкурентов. Открытость, свободная конкуренция и уход государства из экономики, введённые в согласии с неолиберальным учением, всё это неизменно приводит эти страны к упадку и разрухе, а вовсе не к развитию, во имя которого всё это якобы и затевалось. На самом деле, неолиберальные реформы – это был гигантский трюк по перераспределению истощающихся ресурсов Земли. Мировой кризис развеял последние иллюзии относительно целительной роли «невидимой руки рынка». (Впрочем, заметим в скобках, экономическая жизнь России по-прежнему идёт по заветам неолиберализма и Вашингтонского консенсуса, что день ото дня углубляет разруху и отсталость). Однако идейно нео-либерализм себя скомпрометировал, всерьёз в него никто не верит. И правильно делает, что не верит. Если мы не вернёмся к государственному руководству народным хозяйством, к планированию – разруха будет только нарастать. Это всё так, но есть тут одно «но».

Отвергая неолиберализм как государственную политику и хозяйственную практику, корыстно навязанную нам или принятую нами по собственной бескорыстной глупости (в данном случае это не важно), так вот справедливо отвергая эту политику, хорошо бы сохранить то вечное, что есть в либеральной идее. Не в Вашингтонском консенсусе, не в разграблении России, производимом под либеральным соусом – а в либеральной идее.

В чём она состоит – либеральная идея?

Всякое большое идейное течение, вероучение (а большое идейное течение – это всегда в высокой степени вероучение) содержит что-то принадлежащее злобе дня и часто используемое корыстно и во вред. Но есть в любом большом вероучении и нечто, принадлежащее вечности. То, что навсегда войдёт в идейную копилку человечества. Вот этого бы не хотелось расплескать, потерять по дороге, особенно учитывая нашу национальную склонность к тотальному приятию и столь же тотальному отвержению любых идей и учений. Так вот в либеральной идее есть нечто, что принадлежит вечности, что должно непременно войти в будущее политическое и экономическое устройство нашего народа и человечества - устройство, которое должно стать синтезом прошлой антитезы капитализма и социализма.

Вечное в либеральной идее – это представление о свободе и ответственности человека. К Вашингтонскому консенсусу эта идея относится примерно как учение Христа к деятельности Святой Инквизиции. Но ужасы Инквизиции не могут отвратить нас от того вечного, что есть в христианстве. Точно так и корыстные и жульнические манёвры, совершаемые под прикрытием и от имени либеральной идеи не должны нас

Вечное в либеральной идее – это «самостоянье человека, залог величия его». Либеральная идея помещает человека и его свободу в центр земной жизни. А главнейшая составляющая свободы, её база, её корень – это свободный, инициативный труд. И полная ответственность за его результаты. Не перед начальством ответственность – перед сутью вещей. Это свобода не «от», а свобода «для». Все остальные свободы – производные от этого. У нас это плохо понимается и не пользуется успехом. У нас вообще идея ответственной свободы как-то непопулярна, она не пленяет, не очаровывает. У нас свобода понимается скорее как пугачёвская вольница или как свобода смело потребовать от начальства выдачи пособий и субсидий.

Советский социализм пал потому, что не нашёл способа вобрать в себя в себя в качестве важнейшего элемента либеральную идею. Не множество партий, не непрестанное голосование за то и это, не свободное полоскание в СМИ грязного белья сильных мира сего требовалось людям, а возможность свободного труда, хозяйственной инициативы, «своей игры» на экономическом поле – вот что требовалось. Придумать, осуществить, неся при этом всю полноту ответственности – вот этой нотки либерализма не хватало советскому человеку, и социалистической экономике этого тоже не хватало. Впрочем, далеко не все это понимали и воображали, что не хватает им многопартийности и свободы материться на сцене. То, что произошло в реальности: воровская приватизация, перекачка ресурсов за границу, беспорядочная раздача кредитов банкам в процессе кризиса – всё это было глумливой насмешкой над либеральной идеей.

Нет ничего более далёкого от либеральной идеи, чем бескачественная демократия, в основе которой лежит абсурд: все люди, включая и тех, что не способны управлять собой и заработать копейку, предполагаются способными иметь здравое суждение о том, как и кому следует управлять целым государством. Такое положение воспитывает притязательного босяка-социальщика, а вовсе не свободного самодеятельного гражданина – носителя либеральной идеи. Не случаен выраженный стиль собеса, который поневоле усвоило наше государство. Оно и есть собес, распределяющий доходы от «трубы» и не замахивающийся ни на какое созидание.

Мы, безусловно, вернёмся к своего рода социализму – плановому хозяйству, государственному руководству экономикой: это вопрос жизни нашего народа. И этот социализм 2.0 будет прочен, если хватит ума в конце экономической цепочки оставить возможность экономической свободы, хозяйственной инициативы, без чего никакая иная свобода невозможна. «Свобода – это хороший гражданский кодекс», - говорил Наполеон, и он был прав: человек свободен, когда дозволенное неоспоримо дозволено, а запрещённое – твёрдо запрещено. Эту свободу недостаточно просто дать, к ней надо упорно воспитывать народ, как воспитывают детей – постоянно понемногу расширяя зону свободы и зону ответственности. Отвергая неолиберализм жульнический и разрушительный – вот об этом не забыть бы...